Наверх
Fros, 59 - 23 февраля 2009 11:11
[SIZE=+1]Автор текста: Агранович Е.
Автор музыки: Хозак Р. От героев былых времен Не осталось порой имен. Те, кто приняли смертный бой, Стали просто землей травой. * Только грозная доблесть их Поселилась в сердцах живых, Этот вечный огонь Нам завещано одним, Мы в груди храним. Погляди на моих бойцов, Целый свет помнит их в лицо. Вот застыл батальон в строю, Снова старых друзей узнаю. * Хоть им нет двадцати пяти, Трудный путь им пришлось пройти. Это те, кто в штыки Поднимался как один, Те кто брал Берлин. Нет в России семьи такой, Где б не памятен был свой герой. И глаза молодых солдат С фотографий увядших глядят. * Этот взгляд словно высший суд Для ребят, что сейчас растут, И мальчишкам нельзя Не солгать, не обмануть, Ни с пути свернуть. Офицеры (Officers) http://www.youtube.com/watch?v=konYjBs8Cyc [/SIZE]
Добавить комментарий
Комментарии: 1
Эрнест Хемингуэй «Прощай, оружие!»
Ночь в отеле, в нашей комнате, где за дверью длинный пустой коридор и наши башмаки у двери, и толстый ковер на полу комнаты, и дождь за окном, а в комнате светло, и радостно, и уютно, а потом темнота, и радость тонких простынь и удобной постели, и чувство, что ты вернулся, домой, что ты не один, и ночью, когда проснешься, другой по-прежнему здесь и не исчез никуда, - все остальное больше не существовало. Утомившись, мы засыпали, и когда просыпались, то просыпались оба, и одиночества не возникало. Порой мужчине хочется побыть одному и женщине тоже хочется побыть одной, и каждому обидно чувствовать это в другом, если они любят друг друга. Но у нас этого никогда не случалось. Мы умели чувствовать, что мы одни, когда были вместе, одни среди всех остальных. Так со мной было в первый раз. Я знал многих женщин, но всегда оставался одиноким, бывая с ними, а это - худшее одиночество. Но тут мы никогда не ощущали одиночества и никогда не ощущали страха, когда были вместе. Я знаю, что ночью не то же, что днем, что все по-другому, что днем нельзя объяснить ночное, потому что оно тогда не существует, и если человек уже почувствовал себя одиноким, то ночью одиночество особенно страшно. Но с Кэтрин ночь почти ничем не отличалась от дня, разве что ночью было еще лучше. Когда люди столько мужества приносят в этот мир, мир должен убить их, чтобы сломить, и поэтому он их и убивает. Мир ломает каждого, и многие потом только крепче на изломе. Но тех, кто не хочет сломиться, он убивает. Он убивает самых добрых, и самых нежных, и самых храбрых без разбора. А если ты ни то, ни другое, ни третье, можешь быть уверен, что и тебя убьют, только без особой спешки. |