Наверх
Кирилл, 46 - 11 июля 2013 17:46
Все
А так как Верка только этого и хотела, мы скоропостижно стали готовится к свадьбе. Заказали ресторан, гостей тщательно посчитали, договорились с фотографом и музыкантами. Обычные предсвадебные хлопоты проходили без особых напрягов. Предстояло только знакомство с будущей тёщей. С её приезда всё и началось. Лариса сука Иоанновна приехала не одна, а с собачкой Тяпой. Маленькая пучеглазая тварь с седой жопой и длинными жёлтыми когтями (это я про Тяпу) оказалась на редкость пиздопротивным созданием. Оно беспричинно лаяло, богомерзко скулило и, судя по всему, страдало собачьим аутизмом. Эта редкая болезнь проявлялась своеобразно: как только Тяпа отдуплилась в пространстве однокомнатной квартиры, она насрала в миску с едой, нассала в горшок с деревом счастья и выебала ушастый правый тапочек в виде зайца. Тяпа оказался кобелем и таким сука настырным ебакой, что пробурил в тапкозайце большое анальное отверстие. Как этот заяц не сгорел от трения нахуй, я до сих пор недоумеваю. Опущенный тапок выглядел жалко, надевать его Верка брезговала, поэтому пришлось отдать его на дальнейшее поругание. После чего блохастый ебудодыр собирался было пристроиться к моей ноге, но я легонько хлопнул его журналом по ахуевшему клюву. Тяпа звонко клацнул мохнатым ебальником, обиделся и, как оказалось потом, объявил голодовку. В первый день этого никто не заметил, на второй теща забеспокоилась. Она подсовывала лупоглазой паскуде сыр, колбасу и прочие ништяки из нашего холодильника. Тяпа отказывался наотрез и только бегал, как скипидарный, по квартире, раздражающе постукивая когтями по линолеуму. Иногда он разевал пасть и издавал противный скрип, будто кто-то тёр пенопластом по стеклу. На третий день Лариса Иоанновна вся извелась: «Тяпочка, бедненький, что с тобой?» – вопрошала она человеческим голосом. Тяпа тупо отмалчивался, скрипел или ебал тапочки. В общем, трагедия ниибацца. Тут надо сказать пару слов о Ларисе Иоанновне. Поначалу она показалась мне положительной бабёнкой. Сапоги дочери подарила и сказала, что поживет у нас всего денька три. Раз сапоги, думаю, пусть живет, хуле. К тому же, на кухне зашуршала сразу: блинцов кружевных нажарила, соляночку организовала, соленья домашние достала. И водки бутылку непочатую на стол водрузила. Ну, думаю, в семейной жизни тоже есть свои плюсы, каждый день бы так. Посидели, выпили. Иоанновна хуйни не молола и плёнку под конец не тянула. Нормально всё, в общем. Но повадилась она по утрам в туалет ходить. И не просто так из любопытства захаживать, а натурально срать. Хоть и при закрытых дверях заседания проходили, но воняло так, будто она калом на дверях человечков рисовала. Причём снаружи. Как-то сразу она мне разонравилась, у меня прям аллергия началась: палец большой на ноге неожиданно оттопырился и цвета мёрзлой залупы стал. Симптомы настолько загадочные, что по сравнению с ними пресловутый Сфинкс – просто окаменевшее говно. Метнулся в больничку, где какое-то светило долго разглядывало мой палец, а потом тупо анализы назначило. Светилом я его, конечно, зря обругал, так – фонарь обоссанный, не больше, но это мелочи.
Добавить комментарий
Комментарии: 0
|