Наверх
Сергей, 51 - 27 августа 2011 07:51
СКАЗОЧКА
/Оранжевая мама/ приумолкла у окна?! — Неожиданно гаркнул Саша в ухо Арине Родионовне. Старушка от неожиданности подскочила и стукнулась головой о подоконник. - Блядь Сашка! — Заорала она. — Я тебя прибью один раз за шуточки такие! За такие шутки в зубах бывают промежутки! - Гагага. — весело засмеялся довольный Саша. — А че ты спишь весь день? Давай ебн… эээ… Выпьем с горя. — Поправился он. - Где же кружка? — язвительно подъебнула Арина Родионовна, держась за вскочившую шишку. - В смысле? - Я к тому что выжрал ты вчера все. Я говорила — оставь на утро. Куда там... - Что — вообще ни капли не осталось? — Ошарашено спросил Пушкин. - Ни капельки. — Отчеканила старушка. — Да и вообще вязать тебе надо. Ты посмотри чего ты пишешь вообще. - А чего я пишу? — Угрюмо буркнул поэт. - А того. — Наставительно отрезала Арина. — Сдурел совсем. Из редакции уже три раза звонили, интересовались где ты дурь такую берешь. - Это они о «Лукоморье» и «Царе Салтане»? — Грустно спросил Саша. - О нем, родимом. — Ухмыльнулась няня. — «Избушка там на курьих ножках»… Это жеж додуматься еще надо... - Ой, ну не подъёбывай. — поморщился Пушкин. — Надо же было неведомые дорожки срифмовать с чем-то. Дорожки-ножки. Ножки-куриные. Вот и все. - Да пиздец. — хохотнула Арина Родионовна. — Поэт! Тебя же дети в школе учить будут! Они же не уснут ночью, избушку представляя… Дальше. — Арина уселась поудобнее. — Сколько у тебя «Витязей прекрасных» из моря выходит? - Тридцать. — Буркнул Саша. - Ага. — Удовлетворенно кивнула няня. — А в сказке сколько? - А сколько там? — Поднял голову Пушкин. - Тридцать Три Богатыря! — Отчеканила няня. — Они у тебя размножаются там, что ли? Саша опустив голову молчал. - А в чешуе они у тебя почему? — Допытывалась Арина. — Ты себе вообще эту картину визуально представить можешь? Чего они у тебя вообще в море делали? - Что хотели то и делали. — Огрызнулся Пушкин. — Жили они там. - Жи-или?!- Передразнила няня. — Хуёво им там жилосьнаверное. Они чемпионы по задерживанию дыхания, ага? - Да что ты привязалась? — Обиделся Саша. — Это же сказка. Сказ-ка! Вот и выходят из моря они. По сюжету. - По какому такому сюжету?! — Изумилась Арина Родионовна. — Это жеж вообще не сказка а пиздец какой-то! Ладно, закатали в бочку «неведому зверушку» — Допустим! — Хотя это уже само по себе абсурд. — Арина фыркнула. — Детская сказочка блин. «Закатали в бочку и в окиян столкнули». — Ебануться. Хорошо хоть не подожгли и шпагами на попротыкивали. - Ась? — Вскинулся Пушкин. - Херась! — Осадила няня. — Не надо. Едем дальше по сюжету. — Арина Родионовна кряхтя поднялась и начала расхаживать по комнате. — Приплыл, значит, на остров царь Гвидон… Вот ты Сашенька, поэээт. — Няня остановилась и посмотрела на Сашу. - Ну поэт… — Угрюмо откликнулся Саша. — И чего? - Так вот и скажи мне, поэт — Арина хмыкнула — Первую на ум приходящую рифму к имени «Гвидон». А?! Пушкин угрюмо замолчал. - Неужто «Поклон»? — Язвительно поинтересовалась няня. — А чего ты его сразу Груздецом не назвал? «Вот вам пишет прынц Груздец: Скоро, царь, тебе...» - Ну няня… — Заныл Саша. — Ну написалось сдуру так… Ну чего мне теперь — всю сказку переписывать?! - Не сдуру, — наставительно сказала няня, — А с перепоя. Едем дальше. — Няня поправила очки. — Белка. - Ня-яянь… — Заныл Александр сергеевич. - Это уже белочка, Товарищи! — Продекламировала Арина Родионовна. — Ты мне скажи, горе ты мое луковое, что это за фантазия больная?! У тебя же в сказке, как в жизни твоей непутевой: Неделю нормально все, потом хоп! — и белочка. Пушкин угрюмо молчал. - Ну и баба-лебедь твоя редакцию добила окончательно. - Ну а с ней то что не так?? — Изумленно вскинулся Саша. — Так красиво подвел к концу интригу. - Да охренеть какая красота. — Арина Родионовна хихикнула. — Ты хоть перечитал, что ты накалякал там? — Няня успокоилась, сделала проникновенное лицо и продекламировала: -«Знай, Близка судьба твоя. Ведь царевна это Ты!» — Арина не сдержалась и заржала уже в полный голос. - Ой бляяя… — Саша взялся за голову руками. — Исправить забыл. Дохохмили. — Он злобно зыркнул на няню. — А сказать никак было, не? - А перечитывать надо, прежде чем отправлять. — наставительно сказала Арина Родионовна. — Ну и последнее. — Старушка окончательно успокоилась и посмотрела Саше в глаза. — Сааш.. - Ась? — буркнул Пушкин. - Ты в зоопарке был когда-нибудь? - Ну, был. — Саша недоуменно глянул на няню. — и что? - А ты Павлина видел там? — еще более проникновенно спросила няня. - Видел. — Еще не понимая ответил поэт. — а какое это собственно имеет... - А какая у него походка ты видел? — В голосе няни появились злорадные нотки. — "… А сама то величава… Выступает Будто Пава!..." — То есть как курица беременная, ага? — Подытожила Арина Родионовна. — Реально — королева. Александр Сергеевич застонал и рванулся к дверям. - Куда ты Саш? — Участливо спросила няня. - Срочно… Отзывать… Нафиг… Такое… Бежим!.. — Бессвязно выкрикивал Пушкин, дергая дверную ручку. Арина Родионовна не спеша встала, подошла к Саше и мягко взяла за рукав. — Поздно, Сашуль. — Няня мягко улыбнулась. — Завтра в магазинах города.. Александр Сергеевич замер и начал судорожно хватать воздух. - Страна должна знать своих героев в лицо, Александр Сергеевич! — Няня Гыгыкнула. — Идем уже. Выпьем с горя. - А кру... - Да оставила я, оставила, весело отмахнулась няня. — Знала жеж, что надо будет. Идем уже. Памятник ты мой, нерукотворный..
Добавить комментарий
Комментарии: 0
|